МАРГИЕВ: В Эстонии спорт интересен, чувствуешь, что твоя работа нужна

В гостях у Sport.ua побывал эксперт эстонского телеканала ЭТВ+

sport.ua
© sport.ua
В четверг, 27 октября, гостем редакции Sport.ua стал спортивный эксперт эстонского телеканала ЭТВ+ Алексей МАРГИЕВ. Он выделил плюсы и минусы жизни в Эстонии, рассказал о спорте и спортивной журналистике на телевидении в этой стране, о том, чем занимался после «Спорт-Репортера», и многом другом
 
— Вы единственный украинский журналист, который работает на эстонском телевидении?
— Да, как ни странно, я — единственный украинец, который работает на эстонском телевидении, в холдинге. Это эстонское телерадиовещание, включающее в себя три телеканала, несколько радиостанций. Два телеканала — ЭТВ-1 ЭТВ-2 — вещают на эстонском языке. Год назад они запустили русскоязычный канал ЭТВ+, на который меня с дня его основания и пригласили работать.
 
— Вы работаете уже год. Эстонский язык выучили? Там уже Вас считают своим?
— Эстонский язык очень сложный. Американский институт, который занимается изучением проблем языков, посчитал, что эстонский входит в пятерку самых сложных языков мира. Это меня немножко успокаивает, потому что за год я добрался до уровня A1. Для того, чтобы свободно общаться на эстонском — уровень B1. То есть сейчас я вернусь из Киева — и иду на курсы дальше для того, чтобы хотя бы на уровень A2 подняться. Надеюсь, что через год смогу добраться до уровня B1. A1 — это простейшие бытовые вещи, которые можно объяснить, понять. Для того, чтобы свободно общаться, думаю, мне еще минимум год потребуется.
 
— Зарплата у эстонского эксперта телеканала выше, чем у украинского?
— Не знаю, какие сейчас зарплаты на украинском телевидении. Если сравнивать с зарплатами, которые были на коммерческих телеканалах несколько лет назад, по тому курсу валюты — суммы соизмеримы, такие же. Если суммы в гривнах остались такими же, как были раньше — то, наверное, немножко больше в Эстонии. Но зарплаты не фантастические, этой суммы хватает просто для того, чтобы поддерживать свое проживание. Это не бизнес-проект, не поездка на заработки.
 
— Почему уехали? Не были востребованы на украинском телевидении?
— Думаю, ни для кого не секрет, что в последние годы со спортивной журналистикой, особенно телевизионной, большие проблемы. Почти на всех больших каналах спортивные редакции закрылись, спортивных трансляций минимум на телевидении. Да, я искал для себя реализацию там. В счастью, возможность реализовать себя есть. У нас огромное количество трансляций по разным видам спорта, которые комментируем, студии делаются перед большими событиями, есть новости с ведущими, есть новости без ведущих, то есть очень много контента. Обсуждается запуск еженедельной спортивной программы в следующем сезоне. Спорт интересен, нужен, и ты чувствуешь, что твоя работа нужна, это очень важно. Иногда это важнее, чем получать много денег. Либо нужно получать настолько много денег, чтобы тебя вообще не волновало, чем ты занимаешься, либо все-таки заниматься тем, что тебе интересно.
 
— Топ-5 самых популярных видов спорта в Эстонии?
— Футбол, баскетбол, волейбол — из игровых видов спорта. Фехтование и легкая атлетика. Думаю, так эта пятерка выглядит.
 
— На Олимпиаде Вы комментировали какие-то турниры?
— Поскольку ЭТВ+ только год как существует, олимпийские права у всего холдинга, но эти права покупались восемь или девять лет назад, и в них не был прописан русский язык. Поэтому на канале шли трансляции с интершумом и были постоянные выпуски новостей из студии, посвященной Олимпийским играм. Поэтому олимпийские трансляции мы не комментировали. Я ежедневно вел олимпийские студии в течение месяца. Мы начали первого августа и закончили в последний день августа. На следующих Олимпийских играх, если их купит холдинг, уже будут трансляции в том числе на русском языке. А вот чемпионата Европы по футболу мы показывали все матчи и комментировали их на русском языке. Это были не только я и мой коллега Игорь Савельев, с которым мы работаем на русскоязычном канале. Еще привлекали двух-трех человек для помощи. На Олимпийские игры в студию тоже привлекали два человека для того, чтобы редакция полноценно работала.
 
— В Украине наши власти подняли перед Олимпиадой призовые для олимпийских чемпионов и призеров. Мы входили в топ-10 стран по этим премиальным. В Эстонии, не можете сказать, какие были премиальные для призеров, сколько вообще медалей взяли эстонцы?
— Медалей взяли мало, одну бронзовую медаль в академической гребле взяла «четверка». В принципе по закону они должны были получить 45 тысяч евро за эту медаль. Но, поскольку эта медаль оказалась единственной у Эстонии, посчитали, что, если поделить эту сумму на пятерых (вместе с тренером) — совсем мало получается. Эту сумму увеличили до 90 тысяч евро, было специальное распоряжение правительства. Это то, что они получили официально от государства. Понятно, что они еще получали от личных спонсоров, от города какие-то премии. Эти суммы официально не называли, не думаю, что они очень большие. Получили много подарков. Основная сумма — 90 тысяч, которые поделили на пятерых.
 
— Там был легендарный гребец Юрий Яансон. Он тренирует сейчас?
— Тренирует, но к этой олимпийской команде он не имел отношения. У него школа в Пярну, он продолжает этим заниматься.
 
— Вы уже год живете в Таллине, правильно?
— Да.
 
— Назовите пять плюсов и пять минусов жизни в Таллине, по сравнению с Киевом...
— Скажу, какие большие преимущества в Таллине есть. Бесплатный транспорт для жителей города. То есть все жители города абсолютно бесплатно пользуются транспортом — первый плюс. Второй плюс — транспорт ходит идеально, расписание четкое. Для тех, кто пользуется автомобилем, пробок в городе практически нет. Они бывают только в случае аварии или ремонта дороги, но они стараются это быстро решать, чтобы не создавать серьезные проблемы. Я сейчас им там не пользуюсь, потому что живу недалеко от работы, общественный транспорт покрывает все необходимые перемещения, так что смысла в этом нет. Самый большой плюс всего Эстонского государства — то, что это цифровое государство. Все документы ты можешь оформить, не отходя от своего рабочего места или дома. По сути, эстонцы ходят в какие-то государственные учреждения только для замены документов, когда истекает срок. Остальное они делают в Интернете со своими ID-картами, digital. Пятый плюс — очень хорошие условия для детей, во всех дворах детские площадки очень высокого качества, огражденные забором, с песочком или прорезиненные. На этих площадках в основном дети, а не так, как в Киеве часто бывает, что делают детские площадки — а там алкогольные компании большую часть времени проводят, что родители туда с детьми иногда и боятся зайти. Вот такие пять плюсов.
Самый главный минус, о котором мне говорили с самого начала, мне на протяжении года жизни казалось, что все-таки это преувеличено: «Наша погода ужасная, она тебя убьет, ты через какое-то время не захочешь здесь жить. Холодно, сыро». Я жил, мне казалось, что глобально не отличается. Прошел ровно год — и я все-таки начал понимать, что действительно климат более сырой. Определенная депрессия от климата у тебя присутствует иногда. А какие-то еще минусы, честно говоря, не могу придумать.
 
— Читал Ваше интервью, цитата: «Украина опережает Эстонию в спорте пока только по результатам. По всем же остальным параметрам мы уже очень далеко позади». Можете конкретизировать?
— Эта фраза была немного вырвана из контекста, но суть она отражает. Я имел в виду то, что для детского спорта в Эстонии созданы практически идеальные условия. Комфортные залы, причем это не только сами залы, где не проваливаются доски, где люди не получают травмы, занимаясь спортом, это и условия в раздевалках, душевых и весь сервис. И все, что касается подъездов, парковок, ожидания родителей. То есть все создано для того, чтобы дети комфортно занимались спортом. Это не бесплатно, это стоит денег. Но, когда родители платят деньги за занятия своих детей в этих спортивных секциях — во всяком случае, понятно, за что эти деньги платятся. Там не баснословные суммы, поэтому большинство детей в Таллине и во многих других регионах Эстонии занимаются спортом, спортивное движение очень сильное. Дети массово занимаются спортом, и взрослые тоже. То есть все так или иначе ходят в какие-то спортивные секции: кто волейбол, кто баскетбол, кто футбол, кто бегает, кто на лыжах. Постоянно марафоны: легкоатлетические, лыжные, вело. Спорт — это часть жизни Эстонии. Это реально спортивная страна. У нас много событий происходит, но я бы не сказал, что в Украине спорт — это массовость.
 
— Вы говорили, что немного молодых эстонцев знают русский язык. Когда во время Олимпиады, Евро Вы проводили студии, как вы общались? Как Вы выходили из этого положения?
— Что касается эстонской жизни вообще, есть порядка 35% населения, для которого русский язык родной либо тот язык, который они знают практически идеально. Среди спортсменов тоже приблизительно в такой же пропорции есть количество русскоязычных. Что касается тех людей, которые не владеют русским языком — понятно, что на русскоязычном канале идут переводные интервью, это в основном в сюжетах идет. То есть гости, которых приглашали — это были люди, которые говорят на русском языке. Поэтому проблемы никакой не было. Это и ветераны, и молодые спортсмены. На Олимпиаде русскоязычных интервью было для заполнения эфира более чем достаточно. А эстонские были переводные.
 
 
— Вы уже сказали о детском эстонском спорте.Есть ли профессиональный спорт? Футбольные клубы профессиональные, непрофессиональные? Какие там зарплаты? Какие бюджеты у клубов? Баскетбольные клубы...
— Начнем с волейболистов. В начале сезона они проводят медиа-конференцию для журналистов и болельщиков, где собираются все команды. Делают манекены с формами всех команд, красивая презентация. Обязательно присутствуют тренеры, капитаны, руководители клубов — и каждая команда официально озвучивает свой бюджет. Бюджеты волейбольных клубов — от 100 до 300 тысяч евро в год. Эти клубы играют в национальном чемпионате, в Балтийской лиге и некоторые из них — в еврокубках. В баскетболе ситуация такая, что разница между самыми бедными и самыми богатыми клубами больше — от 100 до 700 тысяч евро бюджеты. То есть клубов-миллионеров нет, и в футболе тоже. Что касается любительского, профессионального, то в баскетболе, в волейболе есть несколько клубов профессиональных, есть студенческие клубы — реальные команды университетов, в которые приглашаются легионеры, достаточно сильные. Студенты, которые там учатся, играют бесплатно, а легионеры получают зарплату. Любительские клубы есть везде, в футболе в том числе, которые вообще зарплату не получают. Если говорить именно о футболе для эстонских команд, которые играют в чемпионате Эстонии, попасть в еврокубки — это главная мечта. Даже участие в одном квалификационном раунде Лиги Европы обеспечивает им, по сути, годовой бюджет. Те, кто прошел три или четыре круга, как в этом году «Нымме Калью» — это уже возможность на несколько лет обеспечить команду.
 
— Если мы продолжим о футболе, в Исландии, Норвегии высокий уровень жизни, но слабые футбольные чемпионаты. Для лучших игроков стимул — показать себя и уехать в английскую Премьер-лигу. Эстонские футболисты куда едут? Или спрос на них небольшой?
— Скажем так, мега большого спроса на эстонских футболистов нет. Наверное, самый известный, самый сильный на сегодня эстонский футболист Рагнар Клаван, который играет в английском «Ливерпуле». Это сейчас главная звезда эстонского футбола. Многие играют в Финляндии, в Норвегии, в Польше. Константин Васильев сейчас — звезда польского футбола, один из лидеров эстонской команды. Сергей Зенев, который играл в Украине за «Карпаты», сейчас играет в Азербайджане за «Габалу». Это лидирующие игроки. Клубы заинтересованы в продаже футболистов. Большой резонанс вызвал переход Артура Пикка из «Левадии» в белорусский БАТЭ. Для Эстонии это было большое событие — что ушел в команду, которая, как они думали, будет играть в Лиге чемпионов. Но, поскольку БАТЭ в этом году вообще пролетел мимо еврокубков. Сейчас вся футбольная жизнь в Эстонии крутится вокруг Рагнара Клавана — это мегазвезда эстонского футбола. Клубы заинтересованы в том, чтобы продавать своих игроков, потому что бюджеты маленькие. Продажа игрока — это хороший финансовый всплеск в жизнь клуба. Очень много воспитанников, у них обязательно в протоколе на каждый матч указано, кто воспитанник клуба. Смотришь протокол матча, в одной команде семь воспитанников клуба, во второй — шесть минимум. По регламенту сейчас обязательно, чтобы было два воспитанника, в следующем году должно быть три. УЕФА сейчас, по-моему, ото всех требует сейчас такое. У них к этому относятся очень серьезно. Футбольные школы детские работают великолепно, дети тренируются постоянно, условия для тренировок хорошие. Больших стадионов у них нет, но тренировочных полей много, и они очень хорошего качества.
 
— Есть ли звезды в баскетболе, волейболе и других игровых видах спорта?
— Да, звезды есть. В волейболе играют во французских, греческих, польских чемпионатах. В баскетболе в итальянском чемпионате играет Кристиан Кангур — одна из главных звезд. Сейчас, правда, пытаются обновить сборную. Не суперудачно она выступила в отборе. Заняла второе место в группе, но не прошла. Это та группа, где с белорусами боролись за второе место, в итоге Эстония второе место заняла, белорусы «пролетели». Но это было на пользу Украине — что именно Эстония заняла второе место. Если бы Белоруссия заняла, то Белоруссия проходила бы на Евробаскет, а не Украина. Достаточно много баскетболистов, волейболистов, которые играют в европейских клубах. Все они проходят через национальные команды, через свои чемпионаты. Обязательна еще в волейболе, баскетболе Балтийская лига, где клубы стран Прибалтики играют между собой. Еще иногда там клубы из других стран, Финляндии. По-моему в гандбольной Балтийской лиге в этом году и украинская команда играет.
 
— Украинские легионеры есть в футбольном эстонском первенстве?
— Украинские легионеры есть, но это не топовые футболисты. Это те футболисты, о которых здесь знают только специалисты, агенты, которые скрупулезно следят за каждым игроком. Уровень эстонского чемпионата достаточно низкий, поэтому топ-футболисты, понятное дело, туда не едут. А так, легионеры есть даже из Италии, Испании. Куча африканцев, как обычно. Бразильцев, по-моему, нет.
 
— Трое украинцев стали призерами Олимпиады в Рио в составе сборной Азербайджана. В Эстонии есть натурализованные ребята, может быть, украинцы?
— Натурализованных нет. Может быть, кто-то есть украинского происхождения, имеют дальних родственников из Украины, но я об этом не знаю. По-моему, таких нет. В Эстонии система спорта такая, что эстонцы очень гордятся своей страной, тем, что они сами делают. Мне кажется, там вопрос натурализации даже не стоит. Немножко другая философия, другой подход. Перед отъездом все желали сборной максимально высоких результатов, но никогда не было такого: «Если ты вернешься без медали— домой не приходи, оставайся в Рио-де-Жанейро». Какое бы место ты ни занял — ты все равно герой, ты пробился на Олимпиаду, представляешь страну. Каждый старался сделать все, что в его силах. Понятно, если ты по уровню на 64 месте — никто тебя не осудит, если ты с этим 64 местом и вернулся домой. Никто от тебя не требует занять первое место, которое ты и в теории не можешь занять.
 
— Один из пользователей нашего сайта спрашивает: «Какое самое смешное слово на слух в эстонском языке?»...
— Язык настолько необычный, что даже не знаю, какое слово смешное. «Suur» — это «большой», «väike» — «маленький». То есть слова все непривычные. «Tere hommikust» — «доброе утро» Во всяком случае, мне никакие слова не кажутся смешными, просто очень необычные, не похожи ни на какой другой язык. Очень много похожих слов, разница в одной букве, но значение совершенно другое. Над эстонцами смеются, что они медленные, но на самом деле это иллюзия, которая возникает из-за того, что они очень четко проговаривают двойные буквы, потому что это разные слова. И они очень болезненно относятся к тому, когда иностранцы учат язык и говорят неправильно. Очень важно правильно произносить. Поэтому иногда создается впечатление, что эстонцы говорят медленно, не спеша. Но они очень четко проговаривают каждую букву.
 
— Еще один пользователь глубокий вопрос задал. Что Вы думаете об отсутствии работы и вообще каких-либо перспектив для молодежи в Эстонии? Мне, как и всем моим одноклассникам, пришлось покинуть страну и уехать в Западную Европу на заработки. Почему правительство не создает рабочие места? Это вопрос к правительству, но, может, Вы прокомментируете...
— Я живу в Таллине, конечно, в столице ощущения, что там одни пенсионеры ходят по улицам, нет. Все поколения, абсолютно полноценный город, полноценная жизнь. Если говорить о регионах — понятно, что, чем дальше от столицы, тем меньше экономический потенциал тех или иных регионов. Особенно — в период, когда открылись границы и люди всех стран Европы получили возможность свободно мигрировать с точки зрения работы. Когда никаких квот трудовых не было, все страны Восточной Европы и Прибалтики столкнулись с тем, что очень много молодых людей страну покинули — и поехали работать в Германию, Англию и другие страны, где платят большие деньги, где ты реально можешь заработать, получить хорошие предпринимательские кредиты, что тебе не может дать твоя страна. Мне кажется, сейчас нет массового отъезда. Зарплаты в Эстонии чуть-чуть выросли относительно того периода, когда была массовая эмиграция. К тому же, в той же Великобритании, куда уезжали эстонцы, после «брексита» уже ситуация такая, что непонятно, останутся ли там работать те, кто уже работает, или они будут вынуждены возвращаться назад. Поэтому новая молодежь уже туда не особо рвется. В других странах Европы тоже есть свои нюансы, в том числе связанные с миграционным кризисом. В Эстонии, возможно, сейчас намного безопаснее и комфортнее жить, чем во Франции или Германии, например. Поэтому сейчас массового оттока молодежи уже нет. Создание рабочих мест? Наверное, проблема. Это digital-государство. По сути, именно какого-то производственного цикла, глобального, который был при Советском Союзе в Эстонии, сейчас нет. Вряд ли он появится. Мне кажется, что, если Евросоюз не распадется, то там четко распределены определенные функции внутри Евросоюза. Эстония является одним из локомотивов в сфере IT-технологий. Человек, который задает вопрос, понятно, из другой сферы, возможно, из какой-то производственной. Я не думаю, что в ближайшее время ситуация радикально изменится. Понятно, что это минус. С учетом того, что рождаемость не такая высокая, как, наверное, хотелось бы — старение государства происходит. С учетом оттока молодежи — это мина замедленного действия на годы вперед. То есть через 20-30 лет страна придет к тому, что пенсионеров будет намного больше, чем молодежи. Эти годы массового отъезда, безусловно, будут сказываться. Поэтому однозначно будет повышаться пенсионный возраст, потому что иначе страна просто не вытянет. Думаю, это проблема не только Эстонии, а практически всех стран в мире, не только в Европе.
 
— Восточной Европы больше...
— Тех стран, в которых не очень высокая рождаемость.
 
— Был я в Таллине, когда сборная Украины проводила матч со сборной Эстонии. Тогда мы общались с местными ребятами, коллегами. Говорили, что зарплата была на уровне 700 евро. Сейчас такие же пределы?
— Около 1000 евро, наверное, сейчас средняя зарплата.
 
— Как эстонцы относятся к аннексии Крыма, вооруженной агрессии России по отношению к нашей стране? Есть ли какое-то внимание к этим событиями? И какое отношение?
— Внимание очень большое, Эстония в политическом плане однозначно является другом Украины и поддерживает Украину в борьбе со всеми этими проявлениями. Что касается населения — год назад, когда я приехал, интерес к Украине и украинской проблематике был намного больше, чем сейчас. Наблюдается усталость от украинской темы, от сирийской. Этого было много. Постепенно эстонские медиа уходят все-таки в свою информацию, и украинских новостей все реже, только глобальные вещи. А когда я приехал — практически каждый день на эстонских каналах было об Украине, какие-то интервью с украинскими представителями. Сейчас, когда приезжал министр иностранных дел Украины Павел Климкин, с ним показали большое интервью и на эстоноязычном канале, и на канале, на котором я работаю — ЭТВ+. Когда приезжал наш министр обороны, отдельного большого интервью не было, но этому уделили достаточно много внимания. Понятно, что эстонцы тоже имеют свою проблему с Россией — у них до сих пор не ратифицирован договор о границе между Эстонией и Россией. Они сейчас очень надеются на ратификацию этого договора, пытаются сейчас искать точки соприкосновения с Россией для того, чтобы этот договор ратифицировать. Наверное, с этим тоже связано, что некоторого публичного высказывания по поводу украинского кризиса стало меньше, и они стали мягче относительно России. То есть вот такая ситуация сейчас.
 
 
— Создание русскоязычных телеканалов в Эстонии — это политика холдинга или можно говорить, что это политика государства?
— Думаю, это совместная политика государства и холдинга. Что такое эстонское телерадиовещание? По тому, как здесь формируется, это общественное телевидение в классическом понимании. Это независимые каналы, которые финансируются из государственного бюджета, также от средств независимых медиаорганизаций европейских и мировых, которые являются членами европейского и международного медиасодружеств. В Европе — Broadcasting Union. Есть наблюдательный совет, в который входят представители политических партий, входящих в парламент. Там некоторые известные политические и государственные деятели. Этот наблюдательный совет может влиять только на выделение финансирования и на определенные его распределения среди различных продуктов, которые делает холдинг. Но они никак не влияют на редакционную политику. То есть редакционная политика остается исключительной прерогативой творческого коллектива, редакции. Я, кстати, могу со стопроцентной гарантией сказать, что за год, который я работаю, не было ни одного случая, когда бы журналисту, который выезжал на какой-то сюжет, сказали бы, как его нужно написать. Или чтобы его текст радикально поменяли и сказали: «Нет, это неправильно, сделай так».
 
— Сталкивались ли Вы с подобным в «Спорт-Репортере», работая на «Новом канале»?
— Сталкивались с тем, что нужно что-то показать. Не в таком контексте, что фильтровалось каждое слово, которое ты пишешь, но что вот этот материал должен выйти — сталкивались, и не раз.
 
— Как часто это было? Что это были за материалы?
— Допустим, какую-то пиар-акцию проводит «Шахтер», вы должны показать ее. Или еще какие-то события.
 
— Потому что руководство «Шахтера» дружило с руководством телеканала?
— Да.
 
— Еще примеры?
— Примеров было достаточно много, но сейчас я даже и не вспомню в каких-то деталях их. Бывало, когда звонили и говорили, что надо показать что-то конкретное. Или что не нужно делать об этом материал.
 
— Было такое, что снимали уже сделанные сюжеты с эфира?
— Мне кажется, было один раз. Но я сейчас уже даже и не помню, какой сюжет. Может, это и не было связано с политической или дружественной составляющей. Когда-то один раз какой-то сюжет сняли за время моей работы на «Новом канале».
 
— В 2007 году начали закрываться спортивные редакции ведущих украинских телеканалов. Сейчас остались только утренние новости на ICTV. В Эстонии как?
— Там все основные каналы имеют спортивные редакции, спорту уделяется очень большое внимание. Допустим, в этом холдинге, которое, по сути, является общественным эстонским телерадиовещанием, общественным телевидением, и на русскоязычном, и на эстоноязычном каналах спортивного контента очень много. По максимуму, что можно показать, где выступают эстонские спортсмены, они стараются сделать в большем или меньшем объеме. Понятно, что бюджеты не резиновые, все эти права стоят денег, стараются комбинировать, сэкономить на этом, чтобы показать то. Охват спортивного вещания очень широкий. Разные виды спорта показываются. Когда мы говорили о популярных видах спорта, понятно, что парусный спорт не входит в пятерку, но он очень популярен в Эстонии, им многие занимаются, соревнования по парусному спорту показывают. Безусловно, они имеют меньший рейтинг, чем футбол, баскетбол и волейбол, тем не менее их все равно показывают, потому что там эстонские спортсмены часто занимают высокие места.
 
— Я читал интервью Вашего коллеги,он говорил, что лучше мы в Эстонии создадим русскоязычный канал, чем русскоязычные эстонцы будут смотреть российские телеканалы...
— Чем отличается канал ЭТВ+, например, от «Первого российского», «НТВ» и других российских каналов? Здесь нет политического, что здесь показывают обязательно именно так, а не иначе какие-то события, которые происходят в Эстонии. На этом канале просто показывается эстонская жизнь: спорт, культурные события (театры, музеи и прочее). Канал дает людям возможность гордиться тем, что есть в стране. Он не призывает их менять свое мышление, восприятие мира или политической ситуации. Задача канала такая, чтобы люди любили ту страну, в которой они живут. Чтобы проблема, которая в Эстонии существует, между русскоязычной и эстоноязычной общинами, чтобы коммуникация и интеграция проходили быстрее — и люди стали по-настоящему одной нацией. Все равно, объективно говоря, еще существуют различия, исторические обиды друг на друга у людей. Правительство всячески пытается вопрос интеграции решать. Они считают, что в том числе вопрос интеграции — это создать качественный русскоязычный продукт, свой, национальный, для того, чтобы русскоязычные люди могли через этот продукт получать информацию. У канала не стоит задача политически или психологически сломать людей, переубедить.
 
— На Вашем нынешнем месте работы есть перспектива карьерного роста?
— Наверное, глобальной перспективы нет. То есть перспектива в расширении самого вещания, в расширении продуктов, которые мы делаем. Это тоже, по сути, рост. Возможно, это не рост по названию должности, но это рост в творческом плане.
 
— Может быть, кто-то за последний год звал обратно работать на украинском телевидении? Были ли предложения после ухода из «Спорт-Репортера»?
— С того момента, как я уехал в Эстонию, предложений из Украины не поступало. После ухода из «Спорт-репортера» я был одним из руководителей, редакторов некоторых проектов на «Первом национальном», в том числе проекта под Евро-2012, чемпионат мира 2014 года. Были у меня еще отдельные проекты с внешним продакшеном, связанные со спортом и не только. Также я был одним из учредителей в Киеве туристического агентства, это был опыт в другой сфере — попробовать развить туристический бизнес. Это то, чем я занимался здесь после ухода из «Спорт-Репортера». Плюс мы делали по спортивному боулингу серию проектов, которые выходили на телеканале «Киев». После ухода из «Спорт-Репортера» были проектные работы.
 
— Я вспомнил эпизод с Олимпиады в Рио. Стрельба из лука, женщины, квалификация, украинка и эстонка. Может, смотрели? За кого болели?
— Во время Олимпиады в Рио я поймал себя на том, что болею и меня прежде всего интересуют выступления украинских спортсменов. Хотя понятно, что именно по работе прежде всего слежу за эстонскими спортсменами, смотрю, как они выступают. Но, когда я открывал новости — первым делом смотрел выступления наших спортсменов, а дальше переключался непосредственно на работу. Более плотно визуально я следил за выступлениями эстонских спортсменов, а с точки зрения сердца — больше за украинских.

 
Беседовал Максим РОЗЕНКО, текстовая версия — Дария ОДАРЧЕНКО

Источник — Sport.ua

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.